Мешками в Сибири измеряли буквально всё. Причем не мешками, а кулями! Некоторые считают что в куле 6-8 ведер, когда в мешке их всего 4-5 не больше. Так или иначе, но картошку считают по количеству «накопанных кулей». Черемшу, папоротник заготавливают мешками. Опята тоже таскают мешками. Кедровые шишки  кулями. Из шести кулей шишек после переработки получается куль чистого ореха. В два куля входит чистое мясо после разделки туши марала. Традиции. Или местная единица меры.

Сорожку (плотва, чебак, краснопёрка, белорыбица, вобла) тоже мерили мешками. Только учет рыбы шел после сушки или вяления. Вялили метровыми гирляндами, по десять, двадцать штук в ряд. На теневой стороне дома под карнизом, словно украшая новогоднюю ёлку, развешивали гирлянды сорожки для сушки. Одна гирлянда под другой.

На потемневшей от старости древесине домов белые серебристые рыбки смотрелись и вправду празднично. Затем, после того как сорожка достаточно просохнет, приобретет золотисто-прозрачный на солнце цвет и аромат настоящей воблы, её растопыренно колючую, но лёгкую по весу, раскладывали в кули из грубой льняной ткани. Связанные попарно кули подвешивались на стропилах крышы на чердаке, где и хранились в течение года, а иногда и по несколько лет. Кроме как употребления к пиву, рыба имела большую пищевую ценность. При желании из неё варили уху, предварительно размочив в молоке или просто в воде.

Вас интересует и как её столько ловили? А всё очень просто! Ловили её один раз в год. Сразу после паводка, как только вода шла на убыль и слегка светлела, начиналась сезонная миграция сороги. Сорога шла вверх по течению. Шла в верховья Енисея, где на прогретых весенним солнцем плесах метала икру. При отсутствии в то время природных потрошителей сорожьей икры, таких как окунь, лещ, размножалась сорога достаточно хорошо. По крайней мере из года в год её не становилось меньше и по словам старожилов так было всегда…

...Пока ГЭС не преградила ей  пути миграции...

…Рыбаки разного возраста рассредоточившись  на берегу реки ждали СОРОГУ!!! Но никто вслух об этом не говорил, все делали вид, что просто пришли на берег порыбачить. Собственно говоря, и рыбачили, и даже ловили понемногу. Но это были разведчики, одиночные экземпляры, не та сорога, которую ждали. Ждали долго, иногда по неделе, две. Уходили, опять приходили, чтобы не пропустить начало миграции сороги.

Никто никогда не говорил, что сорога пошла. Нет, не из жадности или зависти. Тут другое. Наверно что-то связанное с обычаями или верой в успех. Может боялись сглазить удачу. Так или иначе, но узнать можно было лишь увидев своими глазами как вроде неспешные рыбаки взмахивая  удилищами  раз за разом выдергивали блестящих краснопёрых рыб. Снова забрасывали и снова вытаскивали.

Сетями никто не ловил. Достаточно было простой удочки, чтобы во время хода сороги за пару часов наловить 3-4 ведра рыбы. Складывали её в торбы из специально сделанной и просмоленной древесины. Торба – это деревянный или фанерный короб с широкими заплечными ремнями для переноски тяжести. В данном случае рыбы. Утащить больше четырех ведер за раз было трудновато, да это было и не к чему. Сорога шла дня три-четыре и кто не зевал - заготавливали столько сколько было необходимо для пропитания. Больше  этого не готовили, ни к чему. Продавать не продавали, а гноить рыбу зря было просто неприлично.

Ловили простой поплавочной удочкой, с одним крючком на кусочек дождевого червя, а то и вообще на красную тряпочку, если лень червей копать. Сорога, повинуясь древнему инстинкту шла вверх большущими косяками, не останавливаясь даже ночью и хватая с голоду по пути всё что подвернется…

Сейчас сорога на нерест по Енисею не ходит. А если где и подымается по притокам, то незначительными группками. Нет той рыбы, и не готовят её уже так , как раньше…

Популяция сороги в красноярском море практически вся заражена паразитами. Редко можно поймать чистую. Причем, если сорога заражена, то это видно сразу. Она плавает в одиночку вполводы как чумная и иногда даже выныривая на поверхность.

В Саянском море популяция сороги неумолимо уменьшается и поймать хорошую чистую, без глистов, достаточно сложно. Заражение паразитами происходит из-за особенности поедания сорогой мелких микроорганизмов с растительности вместе с клетками самих паразитов. Это, как правило, ленточные черви и всевозможные глисты.

Многочисленную прежде популяцию сороги также медленно съедает окунь, который развелся в таких количествах, что готов сьесть друг друга. А уж полакомиться икрой, точнее сказать сожрать её всю, для него не представляет труда. Преследуя оставшиеся косяки сороги, которые не знают где им метать икру и подчищая в ноль уже отметавшую, окуни медленно, но верно сведут всю популяцию на нет. А что не сможет окунь, то соберет лещ, пользующийся нехорошей репутацией. Говорят, если где завелся лещ, то там он съест всю икру.

…. Снова весна и снова чувствуется  благоухание распускающейся черемухи. Божественный запах для тех, кто вдыхал его. Но кроме радости, он приносит   еще и грусть. Цветение черемухи всегда совпадало с весенней миграцией сороги…

    Майна  Енисей                      Сибирская рыбалка                                        С.Храмов     2010г.